Кого освобождали прибалтийские эсэсовцы?

ОТ РЕДАКЦИИ САЙТА.

Освобождение Клайпеды в январе 1945 года и события последних лет, напомнившие о том, кто противостоял тогда Красной Армии в Прибалтике, кто был причастен к зверствам фашистских оккупантов в отношении мирного населения и боровшихся за свободу и независимость народов Советского Союза, — побудили нас разместить эту статью в качестве напоминания о прошлом.

И теперь, когда наряду с прославлением подвигов павших советских воинов, возвеличиваются их противники, исторические события требуют к себе уважительного отношения, всесторонней оценки и понимания, что не все было просто и ясно в годы Великой Отечественной войны.В этом состояла трагедия народов Прибалтики.

«В центре эстонского курортного города Пярну на гранитном постаменте установлен бронзовый барельеф с изображением солдата в форме эстонского легиона СС с автоматом, ствол которого направлен на восток. На постаменте надпись: «Всем эстонским воинам, павшим во 2-й Освободительной войне за Родину и свободную Европу в 1940-1945 годах». Это памятник эстонцам, воевавшим во Второй мировой войне на стороне нацистской Германии.

Почести военным преступникам


karateli Кого освобождали прибалтийские эсэсовцы?
Какими странными порой бывают гримасы истории! Преступники, виновные в уничтожении десятков и сотен тысяч людей, могут объявляться национальными героями, а те, кто воевал с этими преступниками, отдаются под суд и заканчивают свою жизнь в тюрьме. Именно это происходит сейчас в Прибалтийских государствах, являющихся членами респектабельных международных организаций и союзов.

Тех, кого в мировом сообществе считают военными преступниками, там носят ореол «борцов за независимость», воевавших, как утверждают, прежде всего против большевиков.В этой связи следует напомнить, что в период с 1922 по 1934 год на территориях Литвы, Эстонии и Латвии были установлены авторитарные режимы, имевшие все атрибуты фашистской диктатуры. Основными их оплотами явились «общественные» вооруженные организации для борьбы с «внутренним врагом»: в Эстонии — «Кайтселийт» (гражданская гвардия) и «Омакайтсе» (союз защиты), в Латвии — «Айзсарги» (защитники), в Литве — «Шаулис» (стрелки).

С победой фашизма в Германии сотрудничество правительств Латвии, Литвы и Эстонии с Берлином становилось все более тесным и все больше отражалось на их общественном устройстве, характеризовавшемся отходом от демократии. Свою роль сыграли события после Мюнхена, которые утвердили правителей стран Балтии в убеждении, что не следует надеяться на помощь Англии и Франции, а лучше ориентироваться на более тесное сотрудничество с Германией.

Однако после подписания пакта Молотова — Риббентропа в 1939 году страны Балтии попали в сферу влияния СССР и подписали с ним договоры о взаимной помощи. Эти документы предусматривали ввод на территорию этих стран «строго ограниченного количества» Советских Вооруженных Сил: в Эстонию — до 25 000, в Литву — до 20 000, в Латвию — до 25 000 человек. Советско-литовский пакт предусматривал возвращение Литве Вильнюса и Вильнюсской области.

Первоначально с советской стороны соблюдались внешние атрибуты независимости партнеров по пактам. Однако с весны 1940 года обозначился переход к более определенным формам советского контроля. Сигналом для этого стало заявление Наркоминдела СССР от 30 мая 1940 года, в котором Литва обвинялась в несоблюдении пакта и недружественном отношении к советским военнослужащим. Прибалтийским странам были предъявлены ультимативные требования о замене существующих правительств на новые, просоветские.

Тем не менее современники хорошо помнят, что абсолютное большинство жителей Прибалтики в 1940 году приветствовало Красную Армию как гаранта их безопасности. Достаточно напомнить, что лишь на митинге, состоявшемся 24 июня 1940 года в Каунасе и потребовавшем легализации Компартии Литвы, участвовало от 70 до 100 тысяч человек.

Осенью 1940 года в Прибалтийских республиках под контролем уполномоченных из Москвы начались глубокие социально-экономические преобразования, которые сопровождались типичными для тех времен командными и административно-бюрократическими извращениями.

Были в то время и беззаконие, и жестокость, унижение национального и человеческого достоинства. Больно ударили по жителям Балтии массовые репрессии, которые были обращены как против тех, кто мирным путем передал власть представителям народа Литвы, так и против множества других ни в чем не повинных людей, включая детей и стариков.

С вводом частей Красной Армии на территорию Прибалтийских государств и установлением Советской власти националистические организации были распущены. Однако во многом они сохраняли свою боеспособность, уйдя в подполье и имея тайные склады оружия. Так, в Латвии почти полностью сохранились кадры распущенной военно-фашистской организации «Айзсарги», насчитывавшей в своих рядах около 60 тысяч человек. В Литве действовал Литовский фронт активистов, имевший в своих рядах более 30 тысяч человек.

Всего же в подпольных, частично вооруженных формированиях весной 1941 года насчитывалось около 30 — 40 тысяч боевиков. Именно они составили те диверсионные отряды, которые после нападения Германии на СССР стреляли в спину красноармейцам и облегчали вермахту оккупацию своих стран.

Прибалтийские националисты, как сейчас утверждают, якобы лелеяли надежду на то, что, уничтожив руками немцев Советскую власть, они затем вновь обретут независимость. Однако у руководителей третьего рейха были совсем другие планы. Литве, Латвии и Эстонии предстояло стать колониями Великой Германии. Большая часть населения Прибалтийских республик подлежала депортации, остальная — онемечиванию. Это было закреплено и утверждено Гитлером 15 июля 1941 года в плане «Ост».

Под знаменами третьего рейха

Гитлер был также категорически против того, чтобы давать оружие в руки населению оккупированных территорий, каким бы лояльным оно ни было к фашистскому режиму. Однако уже в первые месяцы Великой Отечественной войны вермахт понес большие потери в живой силе и технике. Прибывавшее пополнение не могло возместить этих потерь, и в немецких частях возник большой некомплект.

В связи с этим было принято негласное решение о привлечении населения Прибалтики в качестве «добровольцев вспомогательной службы». Уже в конце июля 1941 года командующим немецкими тыловыми районами было разрешено формировать во взаимодействии с соответствующими начальниками СС и полиции «вспомогательные охранные части» из числа «лояльных» литовцев, латышей и эстонцев.

По данным зарубежных исследователей, подтвержденным сведениями из отечественных архивов, к концу 1941 года на базе «Омакайтсе» в Эстонии было создано 25-27 полицейских и охранных батальонов неполного состава общей численностью около 10 тысяч чел. В январе 1942 года в ходе объявленной первой «добровольной» мобилизации эстонской молодежи в возрасте от 18 до 25 лет численность личного состава этих батальонов увеличилась до 40 тысяч.

В Латвии за короткий срок, с сентября по октябрь 1941 года, было создано 26 полицейских батальонов, большая часть которых формировалась в Риге. По имеющимся данным, в годы войны в германской армии служило около 40 тысяч литовцев. Было сформировано 23 вспомогательных полицейских батальона, которые действовали не только на территории Литвы, но и в Италии, Югославии и Польше.

В связи с тяжелым положением немецкой армии после поражения под Москвой командование вермахта в начале 1942 года стало активно готовить латышские и эстонские полицейские батальоны для отправки на передовую и создавать новые полицейские подразделения и части. В апреле 1942 года эти батальоны появились на Восточном фронте.

Необходимо подчеркнуть, что эти подразделения действовали в составе немецких частей, и надеждам балтийских националистов на создание национальных вооруженных сил не суждено было сбыться. 28 августа 1942 года был объявлен приказ Гитлера об образовании Эстонского добровольческого легиона войск СС. Он был создан как часть немецких войск СС, подчиненная Гиммлеру.

В конце февраля — начале марта 1943 года началось формирование добровольческого латышского легиона СС. Командовал легионом немецкий генерал Хансен, а высший командный состав состоял почти полностью из немецких офицеров. Только средние командные должности в легионе занимали бывшие офицеры латвийской армии.

В течение весны 1943 года и зимы 1944 года немецким верховным командованием в Латвии были созданы 15-я и 19-я добровольческие дивизии СС. Они подчинялись командованию немецкой армии, а для придания видимости национального командования их генеральным инспектором был назначен латышский генерал Р. Бангерскис. 15-я дивизия СС с ноября 1943 по февраль 1944 года вела оборонительные бои против советских войск на невельском направлении, в районе Пскова.

В августе 15-я дивизия была отведена на переформирование, а в Латвии началась новая мобилизация местного населения. Когда в январе 1945 года началось наступление советских войск, слабообученная 15-я дивизии была брошена в бой в качестве резерва и участвовала в оборонительных боях в Восточной Пруссии, в ходе которых большинство легионеров сдались наступающим советским войскам. Те, кто смог избежать плена, продолжали ожесточенно обороняться в составе различных соединений вермахта.

19-я латвийская дивизия СС создавалась на базе 2-й латвийской добровольческой бригады СС, которая участвовала в боевых действиях против частей Красной Армии с ноября 1943 года по март 1944 года в составе группы армии «Север». В ходе оборонительных боев в апреле–июле дивизия несла большие потери, несколько раз отводилась в тыл на переформирование.

В августе–октябре под ударами частей Красной Армии дивизия отходила на запад, ведя упорные бои и неся тяжелые потери. В дальнейшем она вместе с немецкими войсками отошла в Курляндию, где разделила судьбу терпящей окончательное поражение немецкой армии. 8 мая в 16.00 над боевыми порядками дивизии появились советские бомбардировщики, и к 20.00 8 мая 1945 года 19-я латышская дивизия СС как боевая единица перестала существовать.

Согласно данным Центрального архива Министерства обороны Российской Федерации, с 9 по 12 мая 1945 года в имении Плани у р. Амула личный состав дивизии был разоружен частями 130-го латышского стрелкового корпуса Красной Армии. В общей сложности в плен сдалось 1477 латышских эсэсовцев (16 офицеров, 170 унтер-офицеров, 1291 солдат).

Что касается эстонского легиона СС, то его подразделения в течение 1942 года участвовали в боях против частей Красной Армии на территориях Ленинградской и Псковской областей, а также под Курском. В ноябре 1943 года из остатков дивизии немецким командованием группы армий «Север» была сформирована 3-я эстонская добровольческая бригада СС под началом оберфюрера Аугсбергера, немца по национальности.

До конца декабря 1943 года она участвовала в карательных операциях против советских партизан и мирных жителей на территории Белоруссии. В январе 1944 года бригада была переброшена на нарвский участок фронта, где вела ожесточенные бои с советскими войсками, в том числе и с частями эстонского стрелкового корпуса Красной Армии в районе г. Рандере.

Понеся большие потери, бригада в сентябре 1944 года была отправлена в Германию на переформирование. В октябре 1944 года в г. Нойхаммере была создана 20-я эстонская добровольческая дивизия СС. До января 1945 года части дивизии участвовали в боях в Восточной Пруссии. 13 января 1945 года в районе г. Виттенберг она вместе с другими немецкими частями была окружена войсками Красной Армии, с боями вышла из окружения и отступила на территорию Чехословакии.

11 мая 1945 года под г. Мельник, недалеко от Праги, дивизия сдалась частям Красной Армии. После капитуляции вермахта многие уцелевшие военнослужащие дивизии ушли на Запад, к союзникам, другие вошли в состав подпольных националистических вооруженных формирований, действовавших против советской власти на территории Эстонии уже после Великой Отечественной войны.

Каратели

С самого начала своего создания, в первые дни после нападения Германии на СССР, формирования прибалтийских коллаборационистов использовались в карательных операциях и экзекуциях.

Так, охранные батальоны в Литве активно участвовали в этих акциях, на их совести — десятки тысяч убитых и замученных советских и иностранных граждан.

Изучение архивных материалов показало, что за годы гитлеровской оккупации в Литве было убито около 700 тысяч человек, в том числе 299 тысяч советских военнопленных, более 370 тысяч местных жителей, около 100 тысяч граждан, привезенных из других республик СССР и государств Европы. Были почти полностью уничтожены все литовские евреи в количестве 250 тысяч человек.

Латвийские полицейские с самого начала войны проводили массовые расстрелы советских граждан в Риге. Более 3000 человек стали жертвами этих акций. Кроме Риги, в июле 1941 года на территории Прейльской волости Двинского уезда такие карательные группы расстреляли 900 советских граждан, в том числе все еврейское население г. Прейли.

Как отмечает российский историк А.Г. Шляхтунов, по данным российских архивов, только за период с декабря 1941 по август 1942 года в гетто под Ригой ими было уничтожено около 27 тысяч человек. Общее число жертв расстрелов в Бикерниекском лесу составило 45,5 тысячи человек. В Румбульском лесу руками т.н. «команды Арайса» было уничтожено около 38 тысяч человек. Латвийские карательные отряды действовали и на территории Новгородской и Ленинградской областей.

Летом 1942 года немецкая полиция безопасности передала охрану г. Слоним в Белоруссии 18-му латвийскому полицейскому батальону. Командир его Рубенис буквально в тот же день отдал приказ об уничтожении еврейского гетто (2000 человек). Легионерами 2-й латвийской бригады СС были сожжены дер. Федоровка и село Осино Чудского района, производились расстрелы в лагере для военнопленных в Красном Селе под Ленинградом. Личным составом 19-й латышской дивизии СС за период с 18 декабря 1943 по 2 апреля 1944 года было уничтожено 23 деревни и расстреляно более 1300 человек.

Кроме того, полицейские «команды Арайса» охраняли концлагерь в г. Саласпилс, где в результате массовых расстрелов, чинимых администрацией и охраной лагеря, за весь период оккупации было истреблено свыше 100 тысяч человек.

В период с начала февраля по середину апреля 1943 года немецкое командование предприняло полицейскую операцию с целью создания на границе Латвии и Белоруссии «нейтральной зоны» шириной 40 км. Предполагалось, что эта полоса земли без жителей и населенных пунктов должна была лишить партизан их опорных пунктов. В операции приняли участие 7 латвийских батальонов, она сопровождалась массовыми расстрелами, грабежами, насилием и издевательствами.

Согласно данным Чрезвычайной республиканской комиссии по злодеяниям немецко-фашистских захватчиков и их пособников, только на территории Латвии было замучено 313 798 мирных жителей (в том числе 39 835 детей) и свыше 330 тысяч советских военнопленных.

Эстонские полицейские использовались немецким командованием для охраны лагерей и тюрем на территории «Остланда», а также для охраны гетто в Польше, Югославии и даже в Италии. Кроме того, они активно участвовали в карательных операциях против партизан на территории Ленинградской области, в Литве, Белоруссии и на Украине, превосходя своих немецких хозяев по жестокости обращения с местным населением.

Эстонские полицейские совершали зверства против мирного населения в районах г. Кингисеппа и дер. Керотово (Ленинградская область). Только в Ленинградской области ими были сожжены полностью деревни Бабино, Хабалово, Чигиринка. В ноябре 1943 года в карательных операциях против мирных жителей оккупированных территорий и партизан принимала активное участие и 3-я эстонская бригада СС, которая вместе с другими немецкими частями была задействована в операциях «Хейнрик» и «Фриц» в районе Полоцка, Невеля, Идрицы, Себежа.

Зверства латышских и эстонских СС вызвали возмущение даже у их союзников-коллаборационистов из власовской армии. Как указывалось в одном из докладов офицера РОА, латвийские эсэсовцы, сменив немецкие части в Витебской области, творили «беспричинный страшный террор… На такие же факты пришлось натолкнуться и в бывшей Псковской губернии со стороны эстонских СС».

Совершенно очевидно, что прибалтийский коллаборационизм был разновидностью обыкновенного фашизма со всеми присущими ему чудовищными чертами. Прибалтийские полицейские батальоны и части СС стоят в одном ряду с такими же формированиями, созданными во время войны в Бельгии, Голландии, Норвегии, Франции и некоторых других странах и сражавшимися не за свободу народов Европы, а за их порабощение.

Эти формирования официально осуждены правительствами этих государств. Навечно позором за свои кровавые злодеяния покрыли себя формирования СС, набранные из числа представителей различных национальностей СССР, в том числе русских. Нынешние руководители стран Балтии, играя на национальных чувствах и оправдывая своих коллаборационистов военного времени, играют с огнем и противопоставляют себя не только принципам гуманизма и человечности, но и просто здравому смыслу прагматичной политики».

Полковник Виктор МИРКИСКИН

«Красная Звезда» — 23 Января 2008 года

В.Миркискин