Начало рукотворного разрушения СССР

«Вот тогда-то Горбачёв и сдал ГДР». Как рушился «советский блок» в Восточной Европе.15.09.2019 15172544 0 198 3937 2431 600x0  200x113 Начало рукотворного разрушения СССРСобытия августа 1991 года считаются «последним вздохом» Советского Союза – они предопределили его скорый и неминуемый распад. Однако крушение советской империи произошло не в одночасье – к этому вело множество предпосылок. В феврале прошлого года не стало Валентина Фалина – дипломата и общественного деятеля, работавшего референтом Никиты Хрущёва и Андрея Громыко, а в 1988–1991 годах занимавшего пост заведующего Международным отделом ЦК КПСС.

*********

Незадолго до смерти он рассказал Игорю Латунскому, как протекали последние годы существования СССР. Первая часть интервью, в котором Валентин Фалин поведал об ошибочных решениях, приведших в итоге к краху советской экономики, была опубликована в № 31(706) «Нашей Версии». Заключительная часть беседы посвящена ошибкам, допущенным советскими руководителями на международном направлении.

– Валентин Михайлович, многие говорят о том, что крушение Советского Союза было для них неожиданным. Однако ведь к 1991 году уже произошло немало событий, являвшихся прямыми сигналами того, что очень скоро мир изменится. Я имею в виду смену режимов в странах Восточной Европы, составлявших оплот советского блока. Неужели в СССР не разглядели, к чему всё идёт?

– Горбачёв, как я понимаю, продолжал вести свою политику, полагая, что всё будет хорошо. Хотя, действительно, было о чём задуматься. Вот один пример из истории.

В Киеве на встрече Миттеран предлагает Горбачёву вместе лететь в Берлин, чтобы поддержать главу ГДР Эриха Хонеккера. Горбачёв ему отвечает: хотите лететь – летите один, а я не полечу! Дальше Маргарет Тэтчер предложила Горбачёву провести контакты между Англией, Францией и СССР с целью согласования общей позиции по вопросам объединения Германии и определить, как и в течение скольких этапов две страны могут быть преобразованы в одну.

Ведь никто в Европе не предполагал, что объединение Восточной и Западной Германии может произойти буквально за считанные дни – считалось, что это займёт годы.

Более того, Тэтчер была категорически против того, чтобы это вообще произошло, Лондону не нужен был мощный игрок в лице единой Германии. Но Горбачёв в моём присутствии отреагировал на это предложение так: мол, он ни в каких контактах не заинтересован, потому что он не хочет стирать за англичанами и французами их грязное бельё. Поэтому если им есть что сказать, то пусть говорят напрямую. Ну что это за политика?

«Он реагировал на все похвалы и комплименты»

– Тем не менее летом 1990 года в правительственной резиденции в Архызе произошли переговоры между Михаилом Горбачёвым и канцлером ФРГ Гельмутом Колем, по итогам которых был решён вопрос об объ­единении двух Германий. Тогда это многих шокировало, ведь фактически, выражаясь современным языком, СССР «слил» ГДР, которая всегда считалась самым верным союзником Москвы.15.09.2019 kak rushilsya sovetskij blok v vostochnoj evrope 1 1 200x133 Начало рукотворного разрушения СССР– Общаясь однажды с бывшим канцлером ФРГ Вилли Брандтом, я поинтересовался у него, как же так получилось, что судьба руководства ГДР была выброшена из темы переговоров? На что он мне ответил, что ему и самому было интересно, почему Москву не заботит судьба их друзей, и об этом он спрашивал у Коля.А Коль, в свою очередь, сказал, что во время переговоров он поднял этот вопрос, но услышал в ответ от Горбачёва: это-де теперь ваше внутреннее дело, вы и решайте сами, как с кем поступать.

Кстати, по словам посла нашей страны в Бонне Владислава Терехова, когда в Германии начались преследования руководства партийного аппарата и работников министерства госбезопасности, он получил бумагу из Москвы. В ней Горбачёв поручал Терехову встретиться с Колем и заявить, что преследование бывших служащих руководящего аппарата и спецслужб ГДР невозможно. Однако, как пояснял Терехов, Коль сказал, что это всё происки противников Горбачёва, после чего просто бросил эту бумагу и не дал никакого ответа.

– А могло ли произойти объединение Германии по другому сценарию?

– Я, как заведующий Международным отделом ЦК, предлагал вариант. Во-первых, не спешить и не соглашаться на механическое объединение двух Германий в одну. Поскольку этот шаг был слишком важен для всей мировой политики, чтобы делать его слишком быстро. Ведь никто, думаю, не будет спорить, что с появлением объединённой Германии вся ситуация в Европе изменилась кардинальным образом. И если бы сейчас не существовало Германии в её нынешнем виде, положение в мире было бы иным, так же как и место России в нём.

Во-вторых, я указывал, что при объединении Восточной и Западной Германии мы должны обязательно учесть свои интересы, а не просто уходить с прежних позиций в «интересах мира и дружбы». Причём разговор об этом был вполне официальный. Когда Горбачёв находился в Соединённых Штатах Америки, он проводил переговоры в Овальном кабинете Белого дома с президентом Бушем. Мы все сидели за столом, и Горбачёв послал мне записку, в которой спросил, не хочу ли я что-то сказать.

Я тогда сказал, что ФРГ имеет ключевое значение для США, а ГДР имеет такое же значение для СССР, поэтому при решении вопроса объединения Германии Вашингтон и Москва должны учитывать это. Говорил я минут 10. Потом наступает пауза, все присутствующие переглядываются и Буш говорит: мол, вопрос понятен, теперь давайте объявим перерыв, полетим в Кэмп-Дэвид и там уже продолжим этот разговор. Так и произошло. Только в Кэмп-Дэвиде прежнего разговора уже не получилось, там Горбачёв говорил с Бушем с глазу на глаз. Вот тогда-то Горбачёв и сдал ГДР.

– Это была политическая близорукость, наивная вера, что США на самом деле станут «белыми и пушистыми», или что-то другое?

– Всё может быть. В том числе не исключено, что в основе лежало обычное честолюбие. Стать «объединителем Германии» и войти в историю очень почётно и заманчиво. Горбачёв так в неё и вошёл, получив за это Нобелевскую премию мира, а заодно сдав большую половину интересов Советского Союза. Американцы в этом отношении действовали тонко: если им было нужно, они раздували миф о величии Горбачёва, словно мыльный пузырь. И он, как человек ловкий, но далеко не мудрый, реагировал на все эти похвалы и комплименты, на которые был очень падок. Хотя тут может быть ещё одна причина.