Литва пока ещё морская

29.06.2019 65514087 1113700295487998 7871846936628690944 o 200x133 Литва пока ещё морскаяО Литовской высшей морской академии, о проблемах, с которыми сталкиваются литовские мореходы, журналист “Экспресс-Недели” Денис Кишиневский поговорил с многолетним директором училища, профессором, доктором технических наук Виктором СЕНЧИЛОЙ, накануне завершившим работу на посту руководителя вуза.

*********»

В.Сенчила: «Литва постепеннно меняет своё отношение к морю»

- Г-н профессор, расскажите, планируете ли вы остаться в училище после отставки с поста директора? Ходят слухи, что вам готовят место заведующего кафедрой…

- Я провел в академии немало лет. Разумеется, я привык к этой работе и знаю о ней очень много, но сейчас мое главное желание – уйти в отпуск. Меня ждут три месяца отдыха, но я уже получаю разные предложения о работе. Насчет продолжения карьеры в вузе, пока не могу сказать ничего конкретного. Этот вопрос должен решить новый директор, поскольку он формирует команду.

- Как известно, академический совет избрал на пост директора – выпускника училища, капитана дальнего плавания, бывшего депутата Сейма Вацлава Станкевича, который до недавнего времени работал на дипломатической службе, занимая пост генконсула Литвы в Калининграде, а позже в польских Сейнах. Довольны ли вы этим назначением?

- Напомню, что я возглавил академию в 1993 году, руковожу ей уже больше 25 лет, а это солидный срок. Позже власти приняли решение, что число каденций для руководителей вузов должно быть ограничено, поэтому настало время дать попробовать свои силы другим. На пост директора претендовали 6 кандидатов, а совет, состоящий из 11 человек, куда входят и преподаватели, и наши социальные партнеры, а также один представитель от студентов, решил, что Вацлав Станкевич больше всех заслуживает этой должности. Он единственный моряк – капитан дальнего плавания.

Нужно помнить, что у нас специализированное учебное заведение, за 71 год существования у нас было 14 специальностей, мы готовили разные кадры – от судостроителей до специалистов холодильной техники, но одно направление всегда было ключевым и оставалось неизменным – морское судовождение и эксплуатация судовых энергетических установок. Все это я веду к тому, что руководитель вуза обязан знать эту специфику, а Вацлав Станкевич с ней знаком. Помимо всего прочего, он человек с большим опытом руководителя, который занимался законотворчеством, нацеленным на помощь нашим морякам.

- Не секрет, что в 90-е годы вуз работал совсем не так, как сегодня. Расскажите о ключевых изменениях за последние десятилетия.

- Конечно, все очень изменилось. Во-первых, раньше это было среднее учебное заведение. В 1993-1994 годах у нас обучалось всего 282 студента, оно было на грани закрытия. На наше незавидное положение влияло множество факторов, но ключевым из них стало плачевное состояние отечественной морской индустрии. Сейчас же это высшее учебное заведение, у нас создана прекрасная современнейшая база, действуют 12 электронных тренажеров разного назначения. Часть из них можно соединить в комплекс, который мы называем виртуальное судно – наше оборудование позволяет обучиться и опробовать абсолютно все операции, которые есть на реальных судах. Принципиально изменился и сам коллектив – раньше у нас не было докторов наук, исследователей, а сегодня они есть.

- Сколько студентов обучаются в академии сегодня?29.06.2019 65467530 1113699365488091 3475824652201230336 o 200x133 Литва пока ещё морская- 959 человек.

- Что вы считаете своим главным достижением на посту директора?

- Вы знаете, в целом у нас все хорошо, но я не могу сказать, что все работает в высшей степени превосходно и можно было бы сложить руки и почивать на лаврах. Со временем все меняется и появляются новые вызовы. Школа должна меняться, если раньше цель заключалась в том, чтобы выйти на международный уровень и мировые стандарты, подготовить специалистов, востребованных во всем мире, хотя на первом месте у нас всегда был литовский флот, то и сегодня мы постоянно совершенствуемся.

Самым главным достижением нашего вуза, на мой взгляд, является то, что из среднего специального учебного заведения, которое готовило кадры для рыбопромыслового флота, мы трансформировались в современное высшее учебное заведение, соответствующее всем морским требованиям международного уровня. У наших выпускников нет никаких ограничений, они работают на таких судах, которые мы видим лишь на телеканале Discovery. Более того, относительно недавно мы стали готовить еще и специалистов для военно-морских сил. Мы стали полноценной кузницей морских кадров в широком смысле этого слова.

- Несмотря на все это, академия, как и многие другие вузы Литвы, сталкивается с проблемой нехватки студентов. С чем вы связываете этот процесс?

- Эта проблема, как Вы верно заметили, глобальна для Литвы. Кроме этого, эти процессы связаны с внутренней конкуренцией в стране. Сам я родился и вырос в Клайпеде и очень люблю этот город, который безмерно важен для республики. Тем не менее, я вижу, что идет конкретная борьба между Вильнюсом, Каунасом и Клайпедой, и мы видим это отражение и на вузах, и на предприятиях, и на бизнесе в целом. Ко всему прочему государство не способствует повышению статуса Клайпеды как общественно-политического центра. В частности, последняя реформа администрации по безопасности мореплавания Литвы окончилась тем, что право принятия решений перенесли в Вильнюс, хотя раньше решения принимались непосредственно в Клайпеде.

Столица от этого, разумеется, выиграла. Если раньше на тех или иных документах или распоряжениях мы видели фамилии людей, которых знали лично и могли пообщаться с ними, к примеру, тет-а-тет, то сейчас мы получаем письма с подписью людей, которых в глаза не видели – это явная потеря коммуникации. Также можно вспомнить недавнюю историю о попытке властей передать функции проведения экзаменов для моряков агентству в Каунасе. Это очевидное отражение конкуренции между городами – внутренняя борьба.

- Говоря об оттоке студентов, можно привести в пример Клайпедский госуниверситет, который в этом году запустит новые учебные программы на русском языке. Таким образом, вуз хочет привлечь студентов из постсоветских стран и пока у них все получается. Не думаете ли вы последовать примеру своих коллег?

- Я все-таки думаю, что не столько у русского, сколько у английского языка самые большие перспективы, поскольку это международный общепризнанный морской язык. Вся радиосвязь, вся документация, независимо от того, кто работает на судне, будь то русские или украинцы, должна быть на английском. Русский язык в данном случае был бы дублирующим языком. Сейчас на судах наши студенты проходят практику, где в обиходе бывает по два языка.

Официальным языком всегда остается английский и все с этим согласны – одни лишь французы время от времени пытаются оспорить эту парадигму. Однако, помимо этого, существует такое понятие как language on board – этот язык может быть самым разным, он зависит от того, кто формирует большинство на судне. Кстати, нашим студентам очень сложно работать на судах, где большую часть экипажа составляют итальянцы, так как они не хотят переходить на английский…

- В марте этого года вы стали депутатом Клайпедского горсовета, хотя до того сторонились политики. Что повлияло на ваше решение и можно ли назвать это отправной точкой в будущей политической карьере?

- Если вы намекаете на то, что горсовет – это платформа для предстоящих выборов в Сейм, то сразу скажу, что изначально таких планов не было, но загадывать на будущее пока не могу. А вот решение об участии в муниципальных выборах я принял очень быстро, когда получил приглашение от уже бывшего гендиректора Клайпедского морского порта Арвидаса Вайткуса. У меня не было самоцели пройти в горсовет, но я был не против стать частью команды А. Вайткуса, приняв участие именно в его избирательной кампании.

- С какими проблемами сегодня сталкивается так называемая морская общественность, которые должны быть решены на уровне государства?

- Во-первых, после того, как упомянутый Вацлав Станкевич в 2008 году ушел из Сейма, перейдя на дипломатическую службу, в парламенте исчезли люди, которые могли бы квалифицированно и со знанием дела представлять морскую отрасль. До сих пор они так и не появились. Более того, постепенно мы лишились каких бы то ни было рычагов влияния в целом – в 2016 году в Сейме ликвидировали комиссию по морским делам. Морская общественность – это не только моряки и судоводители, но и судомеханики, электромеханики и рядовой состав… Из тех проблем, которые решались на уровне властей, так и не был разрешен вопрос с налогообложением. Не были приняты те меры, которые официально одобрены Европейским союзом (ЕС).

- Проясните вопрос относительно налогов.

- Сегодня моряки, работающие на судах не под флагом ЕС, обязаны платить дополнительный немаленький налог. При всем при этом мы знаем, что множество судов, чьи судовладельцы являются европейцами, и порт приписки у этих судов часто может быть в Европе, — работают под флагом третьих стран. Кроме этого, государство слабо работает над тем, чтобы повысить привлекательность литовского флага, хотя здесь вполне можно принять определенные меры.Если говорить в общем, то национальное законодательство также нужно регулярно корректировать. В ЕС и на уровне Международной морской организации (ИМО) постоянно появляются какие-то нововведения. Для того, чтобы инициировать подобные правовые акты нужны знающие люди.

- Не секрет, что сегодня от былого величия литовского флота, унаследованного с советских времен, остались лишь воспоминания. Судов под национальным флагом становится все меньше, поэтому некоторые политики, как правило, далекие от моря, поднимают вопрос о нецелесообразности господдержки морской академии. Что вы можете ответить таким критикам?

- У нас на разных уровнях люди время от времени начинают задаваться вопросом, являемся ли мы морским государством или просто государством у моря. В свое время у меня был разговор с коллегой из Нидерландов, мы общались по-английски и я не раз использовал словосочетание “морское государство”, но видел, что к моему удивлению он не очень понимает, что я имею в виду… А потом он понял, сказав, что у них в обиходе другое устойчивое выражение — “морская нация”, и это очень важное различие.

Государство создает лишь условия, а понимание термина «морская нация» лежит в другой плоскости – это само мышление, мы должны научиться не бояться воды, а это отсутствие страха заложено где-то на уровне спинного мозга. Жители Литвы постепенно меняют свое отношение к морю, но это очень длительный процесс. Впрочем, сейчас для того, чтобы быть моряком, совсем не обязательно жить в портовом городе – нужно жить рядом с аэропортом, потому что большинство не уходит в рейс, а сначала улетают на него…

Досье “Экспресс-Недели”

29.06.2019 65509834 1113701138821247 6032019836219949056 o 200x299 Литва пока ещё морскаяВиктор Сенчила родился 28 августа 1958 г. в Клайпеде. В 1975 г. окончил школу. В 1980 г. получил квалификацию инженера-судомеханика в Калининградском высшем инженерном морском училище. В 1980-1984 гг. работал механиком на Клайпедской базе рефрижераторного флота. В 1987 г. защитил докторскую диссертацию в Центральном научно-исследовательском дизельном институте в Ленинграде. С 1993 г. возглавляет Литовское высшее мореходное училище.

BALTIC SNOB·ПЯТНИЦА, 28 ИЮНЯ 2019 Г.

Денис Кишиневский29.06.2019 65372487 1113703112154383 5073314326081699840 o 200x150 Литва пока ещё морскаяС оригинальным вариантом этого материала можно ознакомиться в текущем номере газеты-еженедельника “Экспресс-Неделя”.

https://www.facebook.com/balticsnob/posts/1113692848822076