ОТ ТОНКИНА ДО ТАВАНДЫ

24.03.2017 Tavanda IMG 0059 200x150 ОТ  ТОНКИНА  ДО ТАВАНДЫ

 

Ветераны вспоминают минувшие дни

Таванда, этот маленький городок в сердце американских Аппаллачей, нравится  утром.

Невысокие горы покрыты голубоватой дымкой, река  с интересным индейским названием  Сискиханна веет свежестью, солнце, поднимаясь над горизонтом, нежно ласкает  поля и пастбища речной долины, лесные склоны, сельский аэродром,- все это как на ладони просматривается  отсюда, с перевала, где исключительно легко дышится и думается, и куда  я нередко забирался после ночной смены.

*******

Весь городок, центр графства  Бредфорд (нечто вроде нашего районного центра) штата Пенсильвания, просматривался из конца в конец, включая с десяток храмов, большой завод по производству светильников и гравийный участок местного значения. Снизу, из долины, поднимался аромат великолепного разнотравья, по тонкости, изысканности он вполне мог конкурировать с  брендами парфюмерных магазинов парижских Елисейских Полей.

Иногда уходил по дороге дальше  за перевал, и там открывалась другая долина, тоже чарующая, тоже с рекой и дикими пастбищами, с зайцами, резвящимися на опушке  леса, косулями на всякий случай отходящими на безопасное расстояние.

Как и любой иной город, Таванда тоже тяготеет к реке, но внизу, у набережной  места всем не хватает, и усадьбы поднимаются вверх,а самые смелые, разведчики, дошли  до самого перевала. На мой взгляд, от этого они только выиграли, поскольку кроме бесценных покоя  и живительного воздуха, могут ежеминутно потреблять прекраснейшие панорамные пейзажи.

Среди этой благостной идиллии как-то нелепо смотрится вертолет в боевой раскраске, ощетинившийся пулеметами с обеих сторон. Зачем? На табличке – ответ: этот вертолет совершил более двухсот боевых вылетов во время первой иракской  кампании, тут он стоит как реликвия той войны.

На просторной площадке рядом большой дом , над входом   под развивающимися флагами табличка: Ветераны иностранных войн. Заметив мою пущенную в действие фотокамеру, курящие у входа двое немолодых мужчин подозрительно закричали:

-«Эй, что вы делаете ? Кто ты такой?»

Пришлось подняться к ним и объясниться. Конечно, не стал признаваться в том, что перед ними трудовой нелегал, а сказал просто:  русский из Литвы  на отдыхе. Собеседники же оказались действительно ветеранами, только далекой вьетнамской войны. «Джо» -протянул крепкую ладонь тот, что в бандане.  Второй назвался «Биллом».

Джо с гордостью объявил, что он морской пехотинец, Билл же служил сержантом сухопутных войск. Известие, что  и их визави тоже в некоторой степени военный  ветеран, вызвало у них заметный интерес.

-« Зайдем в нашу кают-компанию, поговорим», — гостепримно-уважительно  открыли они дверь своего дома.

Павшим – память, живым – почет и достаток

24.03.2017 SSHA IMG 0058 200x150 ОТ  ТОНКИНА  ДО ТАВАНДЫ

 

В Америке больше чем в любой  иной стране мемориалов павшим в боях  (а, заметим в скобках, войн она вела великое множество, опять же больше, чем за тот же исторический промежуток  любое другое государство  (с Мексикой и Кубой, в Сомали и Гранаде, Вьетнаме и Корее…Всех не перечесть).

Довелось побывать в местечковом  мемориальном комплексе неподалеку от Нью-Орлеана.

Там на стенах фотографии всех – около пятидесяти — погибших во Вьетнаме –уроженцев местного графства.

И там тоже на пьедестале прошитая  пулями «вертушка».

В любом городке обязательно комплекс или иной памятный  знак: мы помним. Настоящий городок памяти располагается в Вашингтоне между величественным зданием Капитолия и Белым домом- со скульптурными композициями,  стеллами и обелисками, названиями боевых соединений и фамилиями героев.

Довелось гулять по аллеям роскошного  госпиталя для инвалидов войн, корпуса которого уютно укрылись в роще на берегу Мексиканского залива.. А вот в провинциальном клубе ветеранов мне бывать еще не пришлось. Конечно, ему далеко до столичных комплексов, но просто и со вкусом. В просторном главном зале на стенах портреты не вернувшихся  с полей сражений..

Джо показывает на фото бравого морского пехотинца — погиб во Вьетнаме. Есть фотографии ветеранов, которым повезло больше, они, пусть увечные и болезные, вернулись домой, а кто-то, возможно, проходит лечение в том центральном госпитале Министерства обороны, что на берегу теплого Мексиканского залива.

Посреди зала большой стол из дерева, за ним проходят застолья по памятным датам. Отдельно в  углу  накрыт белоснежной скатертью  столик, на нем столовые приборы  и солдатская каска, которая помнит, по-моему, еще  Первую мировую войну. Джо улыбается — у памяти нет срока. Этот столик для неизвестного солдата, которого не смогли похоронить на родине,  во время застолий и ему наливают полную чарку.

Билл в то время  хлопотал возле кофеварки. Усевшись за большим столом , мы пили кофе и вспоминали минувшее. К нашему удивлению, выяснилось, что с Джо мы практически смотрели друг на друга через прицелы. В первой половине шестидесятых он долгое время нес  службу на авианосце «Джордж Вашингтон», не раз принимал участие в операциях  против  Вьетконга, как называли тогда сражающийся за свою свободу вьетнамский народ. А я в  начале тех же боевых шестидесятых проходил срочную службу радистом в соединении атомных подводных лодок, и наши субмарины держали под прицелом американский флот в Тонкинском заливе.

Имитация  торпедной атаки на американский авианосец во  все времена оставалась проходной учебной задачей. Конечно, командиры не докладывали рядовым детали боевого похода, но разве можно спрятать шило в мешке? Конечно, экипаж догадывался, чем мы занимаемся, поскольку худо-бедно, но о событиях в мире были наслышаны, а все эти вьетнамские походы проходили в условиях повышенной, как теперь говорят, боеготовности.

И враг определялся вполне конкретный, и теперь известно, как в той войне  маленький и бедный Вьетнам победил самую могущественную мировую сверхдержаву далеко не без помощи русских и русского оружия. Как и в известный Карибский кризис, там  мир тоже стоял на пороге мировой ядерной войны. Стоило кому –нибудь  из противников  всего лишь нажать не ту кнопку, ошибиться на полкабельтова по курсу…

Конечно же, все это теперь хорошо известно, в том числе, безусловно, и моим  собеседникам, понимание русских воинов, мощи русского оружию  чувствовалось по уважительному тону, подчеркнутому гостеприимству участников той бесславной кампании.

Минуло без малого полвека, чем занимаются теперь ветераны? Оба на пенсии -достаточной, чтобы жить не роскошно, но вполне достойно. На досуге занимаются ветеранским центром, кроме клубного здания, есть еще одно со столовой, комнатами отдыха, салонами, все это требует надзора и ремонта. Центр финансируется государством, и проблем с этим нет. Такая волонтерская деятельность оплачивается косвенно: льготами в налогообложении, компенсацией транспортных расходов, ценными презентами…

Хотя нуждающимися ветеранов назвать трудно, тем не менее,  у каждого есть дети и внуки, да и сами еще не против радостей жизни. В клуб оба приехали на  далеко не слабых машинах, у Джо на шее золотая цепь с палец толщиной, у Билла на каждой руке по массивной золотой «гайке».

 До победного конца

Коли случай свел меня с такими благодарными собеседниками, решил проверить их на всю, что называется, катушку. На багажнике «Кадиллака» Джо липучка- NOBAMA. То есть  водитель авто -противник демократов и их  лидера Барака Обамы, недавно  сдавшего  пост  хозяина Белого дома. Почему?

-«Я профессиональный военный,  по моим стопам пошел и один из  моих сыновей, он перенес контузию в Ираке, сейчас готовится к отправке в Афганистан,- рассуждает  ветеран.- Страшно? Конечно, но ведь кто-то должен защищать родину?!… Я голосовал за Маккейна, мы дрались бок о бок  во Вьетнаме, он геройски вел себя в плену, и я не могу не согласиться с ним: из Ирака, Афганистана  и  Сирии  нельзя уходить без победы. Достаточно нам Вьетнама.  Обама же хочет бросить  Ирак безоговорочно, критически относится к расширению военного присутствия в Афганистане.

Мы, ветераны, имеем право спросить:  за что положены жизни  тысяч  наших сограждан, на что выброшены сотни миллиардов наших налогоплательщиков? Не уверен, что такая капитуляция прибавит нам авторитета в мире, обеспечит наши тылы. Какой выход? Я не политик, однако хорошо знаю, что в  мире не любят слабых, это отлично  помню после унижения во Вьтнаме.  Убежден: у Америки достаточно ресурсов, чтобы достойно завершить все  азиатские войны».

Билл, хотя и не столь страстно и решительно, как его товарищ, соглашался, молчаливо кивая головой: надо идти до победы. Проще всего тут было бы заключить: а чего еще хотеть от профессиональных военных, которых как раз и учат побеждать? Но есть среди американских генералов и противники эскалации войны, афроамериканец отставной полный генерал Колин Пауэлл, экс-госсекретарь, в их числе. Однако Джо убежден: подавляющее большинство военных, как действующих, так и ветеранов, разделяют его и Джона Маккейна позицию. Он уверен: времена  НОБАМЫ скоро забудут.

Возвращаясь с перевала, мне думалось: американцы, в конце концов, разберутся, за кем будущее. Мне же, русскому  из неизвестной в Америке Литвы, важно видеть во главе Америки и России  таких лидеров, чтобы их сограждане никогда не смотрели друг на друга  через оружейные прицелы. Глубоко убежден, что в этом мы сходимся с Джо и Биллом- маленькими рядовыми огромной Америки.

24.03.2017

Валерий Мокрушин

На снимках автора: Ветераны Вьетнама Джо и Билл у клуба ветеранов войн; боевой вертолёт иракской кампании.