Идти на крест ради справедливости

К дню памяти Владимира Галактионовича Короленко


korolenko3 Идти на крест ради справедливости


Когда Президент Российской Федерации Д.А.Медведев подписал Указ о создании Фонда поддержки и защиты прав соотечественников, многие из нас снова обрели надежду. Она вдохновляет верить в то, что мы стоим на пороге нового большого этапа работы, направленной на достижение торжества справедливости в отношении миллионов людей, которые, оставаясь жить в родной стране, после распада СССР оказались «за границами России»И не просто стали «заграничными соотечественниками» для Российской Федерации, разделившей территорию исторической России с «постсоветскими государствами», возникшими вследствие череды предательств интересов миллионов соотечественников. Это разделение единой нашей страны на множество государств-осколков совершалось вопреки воле и желанию большинства граждан, в угоду «элитам», пожелавшим иметь в своем управлении «национальные государства». А множество русских вследствие этого утратили свою единую Родину.

Конечно, вряд ли кто-то усомнится в том, что большинству людей сегодня жить нелегко и вопрос единства территории исторической России для них далеко не первостепенный и даже не третьестепенный. В основной массе люди озабочены проблемами физического выживания. Причем не только малоимущие, но и имущие тоже, каждый, так сказать «на своём уровне». Даже поговорка прижилась: «А кому сейчас легко?»

Но ведь и раньше так было, да и будет не лучше! А ощущение величия Родины, гордость за свою страну (о которой один из её созидателей, Петр Великий, говорил, что Россия не царство, а часть света), даже в самые тяжелые времена были спасительными духоподъемными чувствами.

И сегодня, когда мы начинаем разговоры о «правах российских соотечественников» и о «правозащитной деятельности» в их интересах, самое время вспомнить о том, что истинная правозащитная деятельность сродни исповеданию веры вплоть до того, что называется — «идти на крест».

В мире, где властвуют двойные и тройные стандарты, правозащитники часто становятся политиками. А это делает их ангажированными, и «борьба за справедливость» становится особой формой политического трёпа, который призван прикрывать защиту прав лишь отдельных категорий граждан. (Вспомните «вор должен сидеть» и «закон один для всех» — еще недавно любимые выражения одного очень высокопоставленного украинского чиновника).

***


KievN1 Идти на крест ради справедливости


Если говорить о ситуации, сложившейся на территории украинского государства в части реальной правозащитной работы в интересах российских соотечественников, то я могу сегодня назвать лишь два имени — Вадима Васильевича Колесниченко и Александра Николаевича Волкова, и, соответственно, две организации – «Русскоязычная Украина» и «Русская община Ивано-Франковской области», которые занимаются тем, что с полным правом можно назвать «правозащитной деятельностью».

Но этого очень мало. Час от часу выдаваемые на разного рода конференциях и круглых столах призывы, равно как и публикации в интернет-СМИ правозащитной деятельностью назвать язык не поворачивается. Хотя бы потому, что всякая деятельность таковой становится, когда приобретает системный характер. И можно сколько угодно сейчас критиковать Колесниченко, но он один постоянно и более-менее заметно поднимает вопросы, касающиеся защиты языковых прав наших соотечественников.

А упомянутый мной Волков – наверное, единственный, кто защиту прав в судах вывел на уровень системного подхода. Во всяком случае, он к этому прилагает заметные усилия, став автором ряда судебных исков, два из которых «добрались» до международных судебных инстанций.

Нужно четко отдавать себе отчет в том, что мероприятия, которые носят информационный, популяризаторский, агитационный, научный, исследовательский характер, разного рода культурологические акции, даже направленные на повышение статуса русского языка, вряд ли могут относиться к правозащитной деятельности.

Для меня это очевидно.

Правозащитная работа должна быть ориентирована на решение конкретных правовых проблем, касающихся отдельных граждан или групп граждан. А объектом воздействия такой деятельности, как правило, должно оказываться государство и его органы; в ходе ее должны решаться другие институциональные проблемы. Если же в результате деятельности популяризируются (выдвигаются) те или иные идеи, в том числе и касающиеся прав граждан, то это нельзя называть «правозащитной работой».

Движение в защиту прав соотечественников должно стать массовым явлением в составе Движения соотечественников. И для роста этого явления нужно понимание специфики, высокой ответственности правозащитной работы, её трудностей и даже опасностей. Ведь быть правозащитником не на словах, не на бумаге, а на деле – это почти в 100% случаев значит быть в конфликте с властями, политиками и другими «сильными мира сего». И хорошо, если получится не быть в конфликте сразу с большинством из них.

Таким образом, когда мы ставим на повестку дня развитие правозащитной работы, мы должны одновременно с этим понимать, открыто и честно говорить, что правовая защита прав российских соотечественников на Украине будет обязательно идти в разрез с реальной политикой украинского государства, а значит – эта деятельность уже изначально будет иметь некий остро-политический окрас.

Для иллюстрации смоделируем одну ситуацию.

В областном городе Н… нарушено право граждан: в школе не удается открыть класс с русским языком преподавания. Директор школы, районо, гороно мотивируют тем, что «нет заявлений от родителей» или приводят любые другие причины. При этом родители говорят, что «директор сам отговаривает подавать заявления в классы с русским языком преподавания»… Общественники обжалуют действия администрации школы, но на их заявления никто не обращает внимания. Родителей запугивают, они деморализованы, участвовать в открытой борьбе соглашаются лишь единицы…

Что делать дальше?

Вывод напрашивается сам собой: общественные организации соотечественников начинают выдавать заявления, пишут обращения в местные органы власти, в Минобразования, к президенту Украины В.Ф.Януковичу, наконец, организуют пикеты, сборы подписей…

И что? В ответ – либо отписки, либо вообще отсутствие ответов. (Например, направленные в последние времена обращения в адрес президента практически в 99% случаев остаются без ответа – это знают все, кто писал что-то по «русской теме»).

Что дальше? – Обращаться к депутатам, политическим партиям… Просить их, чтобы они поддержали, направили свои обращения «куда надо». Во-первых, мало кто откликнется, во-вторых – ответы в большинстве случаев будут такими же отписками, или их не будет вовсе.

Одно дело — совершать «пиаровские» ходы, например, опубликовать заявление на сайте; другое – достать чиновника, нарушающего права граждан, взять его за что-то «живое», чтобы не мог отвертеться, «вывести его на чистую воду», публично показать лживость занимаемой им позиции …

За такое, в большинстве случаев, по головке не погладят, к награде не представят, и денег за это не дадут.

Можно рассматривать различные варианты, например – обращения в суд. Но все, кто с этим сталкивался, знает, что рассмотрение вопроса судами будет растянуто на месяцы.

Об этом говорит и опыт старосты Ивано-Франковской русской общины А.Н.Волкова, который на протяжении нескольких лет судится с городскими и областными властями, пытаясь защитить права соотечественников. Что-то ему удалось. Но нужно понимать, что один человек, даже одна региональная общественная организация, не имеющая возможности оплачивать работу профессиональных юристов, не в силах таким способом добиться изменения ситуации, потому что, борясь со сложившейся государственной, в том числе и судебной, системой, мы ввязываемся изначально в неравную борьбу, требующую больших усилий и немалых затрат.

Кроме того, по своему собственному опыту (в 1996-99 годах в Полтаве я занимался защитой прав детей-инвалидов и их опекунов), могу сказать: мало кто из людей готов в такой борьбе идти до конца. Под «концом» подразумевается конкретное решение хотя бы частных вопросов. Усилий большинства в такой борьбе хватает на месяц, от силы на три месяца кропотливой активности.

И лишь единицы, от природы, или от своей настырности способные «долго держать удар», находящие силы двигаться в вязкой среде бюрократических сражений, могут вести операции столько, сколько требуется: месяцы, а иногда и годы.Дальнейшее развитие событий нетрудно предугадать.

Если один человек будет настойчиво бороться, не поддерживаемый большим количеством единомышленников, он либо выдохнется и физически, и материально (правозащитная работа очень затратна в части ресурсов – требует времени, сил, денег), либо будет объявлен «неадекватным», «городским сумасшедшим», «радикалом» и «экстремистом». В лучшем случае — «нарушителем спокойствия», что значит – потенциально иметь проблемы на работе, особенно если человек работает в государственных учреждениях.

А что будет, если большое количество людей начнет добиваться правды и при этом делать те выводы, которые напрашиваются? – Все это движение непременно будет приобретать черты «нарушителя спокойствия», «радикала»… Потому что непременно оно волей-неволей будет заявлять: права граждан не соблюдаются, их интересы нарушаются по вине… государственной системы.

Готовы ли мы к такой массовой работе?

Готова ли Российская Федерация поддерживать организованную правозащитную деятельность соотечественников, которая, уверен на 100%, будет сильно напрягать действующую украинскую власть и, значит, называться «политической»?

#s-pb 274.jpg$

Готова ли Российская Федерация поддерживать соотечественников, которые вынуждены будут подавать в суды на украинские государственные органы, нарушающие права даже на элементарном уровне: просто не отвечают на обращения граждан и общественных организаций? Ведь если, например, так ведет себя Администрация президента Украины, то на какое позитивное разрешение вопросов можно надеяться? Подавать в суд на президента Украины?

***

В «полтавский период» моей общественной активности, о чем я упоминал выше, лишь прикоснувшемуся к правозащитной работе, мне, признаюсь, становится не по себе, когда задумываюсь о том, каким на самом деле должен быть правозащитник.

Правозащитник — это состояние, в чем-то родственное праведности, святости. Быть правозащитником и любить себя больше, чем других людей — невозможно, потому что в ином случае эта «правозащита» непременно обернется в самоудовлетворение, в защиту своих собственных интересов, будет на самом деле не работой, а ее имитацией.

Наверное, благодаря тому, что я родился в Полтаве, мне посчастливилось узнать имя человека, который бескомпромиссно отстаивал право человека на жизнь даже под угрозой для собственной жизни, который и сегодня может быть ярким примером для тех, кто встал на пусть правовой защиты своих соотечественников.

* * *

Владимир Галактионович Короленко родился в Житомире, учился в Ровно, последние 20 лет жизни прожил, скончался и похоронен в Полтаве.

К его личности и деятельности можно относиться по-разному.

Да, он был демократом, но в революционное время не стал революционером. И поэтому остается одним из лучших демократов нового времени, имя которого красит само понятие «демократия».

Он был одним из критиков имперской власти за отношение к массам простых людей, и, будучи, наверное, единственным в те времена искренним 100%-ым демократом из всех, кого знала российская история, поддержал Февральский переворот. Но он не опустился до приветствия переворота Октябрьского, чем, на мой взгляд, во многом снял с себя обвинения в соучастии разрушению исторической России.

Родившийся в Житомире, в семье, которую сегодня назвали бы «многонациональной» или «смешанной», учившийся в Ровно, долго живший в Полтаве (т.е., как сейчас любят акцентировать совершенно несправедливо, – «на Украине»), он не стал не только «украинцем», как многие интеллигенты-демократы-либералы после Октября или после развала СССР, — Короленко не стал даже малороссом. И в этом он больше русский, чем сам великий Гоголь, который не мог определиться, кого в нём больше — русского или малороссийского.

«Имя Короленко носят улицы, библиотеки, университеты на бескрайних российских просторах и в странах СНГ», — пишут о нем в Интернете. Но, несмотря на присутствие его имени на многих вывесках, Короленко остается одной из забываемых фигур нашей истории, культуры, литературы, общественной жизни прошлого. Он, чья жизнь может быть названа человечнейшей, как мне видится, один из наиболее мало понятых наших соотечественников.

Отсюда и отношение к нему: или чрезмерно официозно-отлакированное, либо молчаливо-забывчивое. Одни патриоты не могут простить ему «дело Бейлиса» и оправданных вотяков, другие — отказ присягать Императору, третьи — неприятие большевизма и революционности со всей их кровавой мерзостью, иные — того, что не очень-то лепится к нему ярлык «украинский писатель».

Но Короленко был не только писателем и демократом. Как написал краевед из Геленджика Евгений Козлов, «в великой русской литературе можно найти много произведений с глубочайшим проникновением во внутренний мир людей, задавленных нуждой, болезнями, тяжелой судьбой. Владимир Галактионович, не менее талантливо раскрывший целую вселенную в душе простого человека, вставал из-за своего писательского стола и шел, ехал в приволжские степи, в мордовские деревни, на судебные заседания, в контрразведки и ЧК и лично отстаивал саму жизнь этих людей. И вполне понятно, почему одним из первых кандидатов в президенты будущей украинской республики назывался В.Г.Короленко».

Если бы российские власти научились прислушиваться к призывам, пусть и нелицеприятным, со стороны Короленко, никогда не бывшего врагом российского уклада жизни, и его (в меньшей или большей степени) единомышленников, то, возможно, Бог избавил бы Россию от революционных потрясений.

#s-pb 063.jpg$

Когда Владимир Галактионович покинул этот мир, за совершенство которого он неустанно и самоотверженно боролся, в последний путь его провожали по оценкам очевидцев около 40 тысяч людей — крестьяне, мещане, интеллигенты, духовенство… А ведь было это в начале лихих 20-х! Многие ли удостаивались такого внимания, не будучи в чести у государства, ими не признанного? И кого сегодня мы готовы провожать с такими почестями, не получив за участие в акции 50 гривен?

Судьба Короленко очень показательна в части отношения к тем, кто борется и за улучшение общества в целом, и за права конкретных людей. Они чаще всего становятся неугодными «элитам», потому, что всей своей деятельностю, примером своей жизни (до которых всем нам – общественникам из Движения соотечественников – расти и расти…) выпячивают все имеющиеся в обществе и государстве недостатки, заостряя углы социальных, политических, религиозных и нравственных конфликтов, нагроможденных в социуме.

И каждый, кто заявит сегодня, что встает на путь борьбы за справедливое отношение к правам и интересам людей, что имеет целью «защитить права соотечественников», должен задуматься: насколько он готов нести этот крест и, когда призовут, взойти на него ради справедливости и прав человека.

Сергей Проваторов,

главный редактор «Газеты для соотечественников Русская Правда», Киев

На иллюстрации:

В.Г.Короленко (15 (27) июля 1853 — 25 декабря 1921)

_________________________

От редакции сайта.

Мнение А.Лавритова по некоторым положениям статьи:

-В статье затронуты очень серьезные вопросы правозащитной деятельности не просто людей, «человеков» разных возрастов и национальностей, проживающих в той или иной стране, а соотечественников, к которым Россия (РФ) однозначно вправе относить своих граждан за рубежом, оказавшихся в сложной ситуации (Бут,Захарова,Кононов и др.) либо проживающих постоянно после развала СССР, а также тех, кто находится в неопределенном статусе не столько российских, сколько советских соотечественников (а) и соотечественников по разваленной в 1917 году Российской Империи(б).

В таком случае получается яйцо с маленьким желтком (российские соотечественники-около 2-х млн.чел.) и окружающим его белком — более 20 млн.чел.).А скорлупа над ними — скрепы Русского Мира, русской цивилизации!

Если исходить из этих представлений, то некоторые положения в статье представляются не столько спорными, сколько некомпетентными.Я имею в виду невозможность рассматривать в российских судах какие-либо правозащитные дела с претензиями к другим государствам. Это недопустимо в принципе, так как государственный суверенитет не предусматривает вмешательства во внутренние дела со стороны любых государств.

Это аксиома межгосударственных отношений.

Создание Россией Фонда правозащиты соотечественников имеет узко направленный характер и предполагает в основном защиту граждан России в зарубежье в случаях нарушений их человеческих и гражданских прав.

Что же касается остальной разнородной массы соотечественников из несуществующих государственных образований, то работа Фонда будет побуждать к созданию условий, чтобы правозащитные организации широко пропагандировали свой опыт работы, привлекали к ней молодежь, чтобы в будущем было кому передавать эстафету поколений.

Мне представляется, что в каждой стране в зависимости от условий и наличия НПО должны быть созданы Центры информационно-правовой (ИПЦ) защиты , с обладанием информацией о законодательстве этой страны и России, чтобы соотечественники, желающие участвовать в государственных программах РФ не действовали вслепую.

На сегодняшний день таких центров нет и первые гранты Фонда должны быть предоставлены на эти цели,т.е. создание таких центров при дипломатических учреждениях России с привлечением специалистов этого дела из числа опытных соотечественников.Они должны быть легитимными в стране пребывания и работать в рамках ее законодательства.

А с консульствами и посольствами, либо торговыми представительствами, должны находиться в партнерских отношениях, подобных создаваемым визовым центрам.

C.Проваторов