До боли знакомое

«Литовское гестапо»: как работают схемы давления спецслужб на активистов

01.06.2017 cep ogon svoboda 768x576 200x150 До боли знакомое В Литве все чаще в эфирах телепередач, на политических мероприятиях и в интернете упоминают о каких-то «внутренних врагах».

********

Обязательно спикерами подчеркивается, что якобы стране мешают такие «враги», которые еще и как-то «связаны» с Россией и Белоруссией. Иногда находят даже «еврейских след», говорят об «опасных еврейских организациях». Даже были случаи, когда в интернете появлялись статьи, например, под названием «В Литву приехал главарь террористического государства Израиль Нетаньяху».

А вот антисемитов в Литве не преследуют, они могут быть спокойны. Антисемиты – не враги, они сейчас «герои».

Но к «врагам» уже относят и активистов из Профсоюза учителей, которые несли ответственность за протесты педагогов. И говорят даже, что «за забастовкой учителей видна рука Кремля». Иногда чиновники уже называют педагогов и «террористами». Да, нужно признать, времена меняются, когда-то, в 2008–2010 годах, представители спецслужб «террористами» называли только молодую студентку Эгле Кусайте, чеченцев Гатаевых. Конечно, позже выяснилось, что эти люди совсем не террористы. Суды их оправдали. Однако в Литве местные спецслужбы сделали большой «прогресс». Теперь «террористами» называют и большие группы людей.

Я решил выяснить, как работают схемы политических репрессий, которые проводит «литовское гестапо», именно так литовцы все чаще называют спецслужбы. Это журналистское расследование велось долго, я беседовал с десятками разных людей, изучил много документов, а также вспомнил много практичных примеров из деятельности Социалистического Народного фронта (СНФ) и других антифашистских организаций.

Особую актуальность мой рассказ приобретает сейчас, когда недавно выяснилось, что по Литве прокатилась волна тайных арестов и обысков. Оказалось, что с начала ноября под пресс политических репрессий попали Альгирдас Палецкис, Валерий Иванов, Андрей Горбатенков, Леонас Минкявичюс, Артурас Шидлаускас, Павел Жевжиков и другие антифашисты Литвы. Часть из них являются членами Соцфронта Литвы, часть «Народной партии». Палецкис же был тайно арестован еще в начале октября.

Кроме того, открыто преследуется Вячеслав Титов, Повилас Масиленис, Донатас Шульцас и еще целая группа известных антифашистов и правозащитников. Кроме того, появилась якобы официальная информация об аресте лидера «Народной партии» Вайдаса Прунскуса, сына знаменитой в Литве Казимиры Прунскене. Но 26 декабря он объявил, что ареста не было. Пока неясно, действительно ли информация была ложной, или это такая тактика Прунскуса?

Жевжиков: во время обыска изъяли и памятную медаль

Вечером 26 декабря мне позвонил мой соратник, член правления Соцфронта Павел Жевжиков, который заявил:

«Я сначала не решился об этом говорить, но сейчас открыто скажу. 18 декабря у меня провели обыск. Я уехал на работу в 6 часов 30 минут утра. А в 7 часов в мою квартиру ворвалась оперативная группа полиции. Они перевернули всю квартиру, унесли компьютер, документы и другие вещи. Пропала даже медаль, которую я недавно получил за активное участие во Всемирном фестивале молодежи в России в октябре 2017 года. Около 11 часов они приехали на работу, перевернули всю комнату, забрали рабочий компьютер и уехали. Что это такое, какая тут «свобода» в Литве, если так давят на мирных людей?«.

Политические репрессии – уже традиция?

Когда вижу откровенные и циничные меры спецслужб против Палецкиса, Иванова, Жевжикова и других, то воспоминаю рассказы уже опытных людей, например, таких, как профессор Юозас Ермалавичюс, который говорил:

«На нас охотились, захватили в январе 1994 года в Белоруссии, привезли в Литву, судили, долго держали в тюрьме. Хотели сделать так, чтобы мы писали заявления о помиловании, но мы этого не делали. И помню, как в эти сложные времена некоторые бывшие соратники нас сдали, они пошли тропой предателей«.

И тут я сразу вспоминаю опасных провокаторов, которые с начала 2016 года организовали против Палецкиса, меня и других наших соратников целую кампанию клеветы. Они мешали и другими способами, например, похитили важные документы, даже применили схему, по которой присвоили часть средств Соцфронта.

Фамилии деятелей – господин Ковалскис и господин Биланс, и они активничают по сей день. О них еще расскажем в этой статье чуть позже. Тут же важно заметить, что есть примеры из истории Литвы, когда во времена правления профашистского режима Антанаса Сметоны (1926–1940 г.) один из лидеров компартии Литвы Казис Сприндис, его жена Стасе Тракимайте и еще некоторые с ними связанные личности тоже действовали как провокаторы и продали своих соратников.

Появление СНФ не понравилось влиятельным кланам элиты

Вице-мэр столицы Литвы Алгирдас Палецкис вместе со своими соратниками в феврале 2008 года учредил левую партию «Фронтас». С самого начала им мешали разные провокаторы, но социалисты участвовали выборах в Сейм Литвы осенью 2008 года, набрали 3,5 процентов голосов. После этого часть членов покинули партию, постепенно в «Фронтас» сложилось кризисная ситуация. Тогда Палецкис начал переговоры с партией социалистов Литвы. В декабре 2009 года состоялся общий съезд, обе политические силы объединились, и с этого момента организация стала называться Социалистический Народный фронт.

Я первый раз с Палецкисом общался в 2010 году, но тогда только коротко обсудили различные вопросы. В октябре 2012 года мы встретились на одном собрании левых активистов, и с этого момента решили действовать вместе. В 2012–2013 года в Каунасе, в местном отделении Соцфронта сложилась сложная ситуация. С декабря 2012 года лидеры отделения Аудрюс Бакас и Сергей Соколов разорвали связи с Палецкисом и другими лидерами организации и стали вести агитацию против них, дело даже дошло до разжигания антисемитизма. Руководители организации решили навести порядок. 4 июня 2013 года я официально стал членом Соцфронта, начал общаться с лояльными Палецкису членами организации, а также искать новых активистов.

С сентября 2013 года началась активная деятельность. Я и мои соратники Скайста Ракаускене, Раса Лемежене, Игорь Криницкий, Хенрикас Йодишка и другие члены СНФ проводили собрания отделения, распространяли прокламации, выясняли преступления Холокоста в стране, участвовали в акциях в Каунасе, Вильнюсе и других городах Литвы. Такая активность не понравилась спецслужбам, в конце октября против меня и моего коллеги Александраса Босаса завели уголовное дело.

В декабре этого года неожиданно пропал активный член СНФ Игорь Криницкий. Только 22 декабря мы узнали, что он лежал в больнице. Оказывается, Криницкого 14 декабря нашли на окраине Каунаса тяжело раненым, он был избит, без документов, был в коме. 21 декабря Игоря Криницкого не стало. Он говорил, что ему угрожали, но активистам Соцфронта к такому не привыкать. Кто бы мог подумать, что эти угрозы будут выполнены.

С 2014 года начался новый этап давления на Соцфронт

После февраля 2014 года, когда начался переворот на Украине, который поддержала и элита Литвы, в страну были введены американские и немецкие войска НАТО. Соцфронт и другие антифашистские организации подготовили петиции протеста, проводили антивоенные акции, распространяли листовки против членства Литвы в альянсе.

В 2015–2016 годах Департамент Госбезопасности Литвы (ДГБ) оказывал давление на членов СНФ и других активистов, которые поддерживали связь с организацией. В январе 2015 года начато уголовное дело в отношении меня, Титоренко, Лекстутиса, Валюкенаса и других антифашистов.

В 2015 году в ДГБ была вызвана гражданская активистка из Каунаса Йоланта Липкявичене. Ее спрашивали о том, по каким местам она ездила с активистами СНФ, на какие темы беседовала со мной и Босасом.

Активист нашего отделения в Каунасе Дмитрий (он пока не хочет, чтобы его фамилия была опубликована, «бравые» парни из ДГБ даже угрожали его детям) заявил, что ему начали объяснять, что лидеры СНФ – опасные люди, они ведут подрывную деятельность.

В ДГБ так же был вызван и Алгирдас Плукис – известный журналист, полковник в отставке. С ним беседовал Ренатас Петкус – сотрудник ДГБ очень высокого ранга. Он задавал разные вопросы, в том числе, почему Плукис интересуется памятниками, построенными в честь участников Холокоста и пишет статьи на эту тему?

Спецслужбы иногда проводят и специфические процедуры давления. Например, 6 сентября 2015 года мы, четверо антифашистов поехали из Каунаса в Укмерге. Там участвовали в одной акции, а затем поехали на поминовение жертв Холокоста в лес Пивониос рядом с Укмерге. Но нас остановила оперативная группа полиции. Они забрали нас в комиссариат. Там всех четырех – меня, Хенрикаса Йодишку, Бронюса Микуленаса и Хайма Баргмана закрыли в комнату, отняли и унесли паспорта. Мы долго ждали, пока документы нам вернули, но потом нас сфотографировали. Затем велели ждать, когда приведут служебную собаку и провели обыск автомобиля. Только после этого отпустили. Видно, что провели «профилактическую» акцию давления на антифашистов.

В январе 2016 года в Литве приняли новый закон о партиях. До этого для партии достаточно было иметь не меньше тысячи членов для официального статуса, а по новому закону нужно было не меньше двух тысяч. В рядах Соцфронта состояло около 1 300 членов и он попал в ряд тех партий, которые были должны ликвидироваться или пройти процесс реорганизации. Был выбран путь реорганизации. В конце концов, на меня и Палецкиса полилась клевета. В конце марта появился общий отчет двух спецслужб – ДГБ и военной разведки. В нем немало место отведено и Социалистическому Народному фронту, как якобы «опасной» организации.

Жесткому давлению спецслужб подвергся и член движения «Будем едины» Нериюс Буркаускас. Он выступал как свидетель на нашем судебном процессе в Клайпеде осенью 2017 года и открыто заявил:

«На меня давили работники Департамента государственной безопасности. В течение 2016 года они несколько раз меня сажали в свою машину, привозили в помещения ДГБ, а там уговаривали, что надо им помогать, выполнять их указания, за это они щедро заплатят«.

В 2013–2017 годах в разных гражданских движениях активно действовали агенты спецслужб Шарунас Валентинавичюс и Алгирдас Карчяускас. Помню, я с группой соратников довольно долгое время был членом Конфедерации демократического движения. Так Валентинавичюс стал инициатором статьи в СМИ Литвы 20 октября 2014 года, где была интересная заключительная часть:»Руководство Конфедерации заявляет: Гедрюс Грабаускас за антигосударственную деятельность исключается из рядов организации. Деятельность Донатаса Шульцаса приостановлена».

Деятели ДГБ часто занимаются угрозами. Им помогает группы провокаторов

Кадровые работники ДГБ чаще всего опираются на помощь своих людей. Им активно помогают правые экстремисты. Например, Раймундас Каминскас, Скирмантас Янкаускас, Харолдас Даублис, Тадас Римджюс и левые экстремисты – Карлис Биланс, Йонас Ковалскис и другие. И правые, и левые экстремисты – ярые антисемиты. Вот конкретный пример: еще в июле 2014 года Карлис Биланс принес на антивоенную акцию плакат антисемитского содержания. Большинство участников этой акции были нормальные граждане, антифашисты, и появление такого плаката на мирной акции был как удар в спину.

Правые экстремисты часто мешают акциям левых активистов, антифашистов. Некоторые из них участвует в абсолютно циничных нападениях на русскоязычных людей – граждан Литвы или туристов.

С серьезным давлением сталкивалась и известная литовская правозащитница Оксана Бекерене. Она постоянно получала угрозы от работников ДГБ, кроме того, о ней писали в отчетах спецслужб, и после этого давление на нее оказывали разные институции. С другой стороны Карлис Биланс и с ним связанные личности распространяли грубую клевету о Бекерене. Постепенно состояние здоровья провозащитницы ухудшилось, в конце января 2018 года у нее случился инсульт, Бекерене увезли в больницу, спустя сутки она умерла.

Какие деятели ДГБ активно участвует в политических репрессиях? Это Ауримас Шумскис в Каунасе, Ренатас Петкус и Сигитас Стаситис в Вильнюсе, Аудрюс Норейка в Клайпеде. Конечно, таких людей много, мы всегда публикуем их фамилии, как только узнаем их.

Разные методы давления спецслужб почувствовал на себе и известный правозащитник Хенрикас Йодишка. Еще в 2004–2006 годах ему не раз угрожали работники военной разведки, затем с конца 2013 года начался новый этап давления. В оборот шли грубые угрозы, а осенью 2015 года был подожжен его дом. Хорошо, что быстро приехали пожарные и локализовали огонь. Но спецслужбы и по сей день разными способами пытаются огорчить жизнь этого смелого правозащитника.

Почему в Литве утвердился современный гестапо? Какие выводы можно сделать, почему в Литве утвердились спецслужбы?

Первое. В Литве все чаще в телевизионных эфирах, на политических мероприятиях, в интернете упоминают о каких-то «внутренних врагах». Жестокие и направленные против антифашистов литовские спецслужбы нужны как орудие в современной ситуации, когда страна фактически стала натовской колонией. Ведь нужно давить на тех людей, которые имеют твердые антивоенные и антифашистские убеждения.

Второе. В Литве открыто прославляется профашистский режим Сметоны, который правил страной в 1926–1940 годах. Тогда велись открытые политические репрессии. Это означает, что если в Литве начнутся прогрессивные перемены, очень важно принять конкретные меры в области исторической памяти, ведь прославление профашистского режима имеет очень негативные последствия.

© Sputnik / Марина Воронко

Из первых уст: на судебном заседании по делу Титова столкнулись разные ценности

© РИА Новости

Неофашизм не пройдет: подвиг и воины 16-й Литовской дивизии не забыты

28.12.2018

Гедрюс Грабаускас, правозащитник

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

https://baltnews.lt/authors/20181228/1018729544/Lithuania-specsluzhby-aktivisty-davlenie.html